Пиво - опора для сирот. Часть 1


Пиво - опора для сирот. Часть 1Начиная с эпохи позднего Средневековья исключительное право на пивоварение в крупных европейских городах стало сосредотачиваться в руках закрытых ремесленных корпораций. Так случилось и в Тарту, одном из старейших городов Северной Европы. В течение столетий правом варить пиво в городе обладали только члены большой гильдии. В XVIII в. конкурирующая с ними малая гильдия это право оспорила. Утомленная спорами гильдий, российская администрация в рамках большой административной реформы приняла по этому поводу соломоново решение: монопольное право на пивоварение не получала ни одна из гильдий. Тартуское пиво в дальнейшем варили вдовы, сироты и все те, у кого не было иной возможности заработать себе на жизнь.


В Британии и Нидерландах система пивоваренных гильдий возникла уже в XIV в. Изначально предназначением гильдий было гарантировать доход своим членам. Поскольку число пивоварен увеличивать не хотели, в гильдию можно было попасть двумя способами – унаследовав или купив пивоварню. Профессиональные требования в разных городах различались. Например, в уставе Висмарской гильдии (XIV в.) значилось, что пивоварню может приобрести любой добропорядочный горожанин. Опыта в пивоварении не требовалось. В Мюнхене будущему хозяину требовалось доказать, что у него имеется по меньшей мере двухлетний опыт. В Париже, чтобы получить разрешение гильдии на приобретение пивоварни, требовался опыт пятилетний.

Система гильдий также гарантировала качество пива. Коль скоро конкуренты в отрасль без одобрения гильдии не попадали, пивовары могли позволить себе терпеливо сосредоточиться на изысках процесса приготовления без необходимости снижать цены. Обычно пивовары выбирали между собой ревизора, который получал на несколько лет широкие полномочия для обеспечения качества продукции. У ревизора был свободный доступ в любую пивоварню, где он имел возможность проверять сырье, следить за этапами работы и пробовать готовый продукт. Если вскрывались упущения, последствия могли быть от выговора и штрафа до самых суровых – исключения из гильдии, то есть фактически потери пивоварни. О большом авторитете внутреннего контроля в гильдии говорит известный в городе Генте обычай не запирать двери пивоварен. Пиво содержало город, поэтому имелись все причины беспокоиться о его качестве.

Через Ганзейский союз практика гильдий распространилась в XV в. по всему балтийскому побережью. Самое раннее упоминание о правах большой тартуской гильдии на пивоварение относится к 1461 г., но сведения о существовании пивоварения относятся ко временам основания города, то есть к XIII в. В отличие от Центральной Европы в Тарту не было отдельной гильдии пивоваров – владельцы пивоварен в числе других купцов были членами большой гильдии. Родным языком членов этой гильдии был немецкий. В малой гильдии, куда входили относившиеся к среднему классу ремесленники, состояли люди, чьими родными языками были как немецкий, так и эстонский.

В результате ослабления Ливонского ордена власть в городе начиная с середины XVI в. несколько раз менялась. В 1558 г. Тарту отошел к России, в 1582 г. перешел к Польше и в 1652 г. вернулся шведам. Новые правители не отменяли традиционных прав в отношении пивоварения, однако вносили в юридические акты собственные дополнения. К примеру, польский король Стефан Баторий в 1582 г. повелел, что правом на продажу пива на расстоянии шведской мили  от центра города обладают исключительно городские трактиры.

Во время Великой Северной войны в 1708 г. Тарту сгорел, и городу потребовалось немало времени для восстановления. В 1717 г., еще до окончательного заключения мира, российский царь Петр Великий объявил, что привилегии, касающиеся производства и продажи пива в городе Тарту, остаются незыблемыми. Малая гильдия с этим не согласилась. Город был занят русскими, постоянной администрации не было, поэтому часть членов малой гильдии решила попытать счастья и приступила к пивоварению. Между гильдиями пошли ссоры – доходило и до драк, – но временная администрация не вмешивалась. Противоречий не снял даже заключенный в 1721 г. Ништадтский мир и официальное вхождение Тарту в состав Российской империи. В том же году петровская Юстиц-коллегия вынесла двусмысленное решение, в котором не содержалось прямого суждения о полномочиях двух гильдий. Заколдованный круг ссор и жалоб замкнулся на многие десятилетия.

В итоге в 1782 г. Юстиц-коллегия констатировала, что неравноправие гильдий в отношении пивоварения не имеет под собой оснований. Однако пивоварение не было освобождено от ограничений, вместо этого право на него передали совершенно новому субъекту. Императрица Екатерина II Великая повелела основать в Тарту пивоваренное предприятие, которое снабжало бы пивом весь город. Генерал-губернатор Лифляндии, ирландец по происхождению Джордж фон Браун, должен был позаботиться об организационных вопросах, имея перед собой в качестве примера такое же предприятие, основанное в Риге на пару десятилетий раньше. Своим появлением тартуское пивоваренное предприятие (нем. Dorpater Brauer-Compagnie) не только положило конец гильдейским раздорам, но и взяло на себя заботу о неимущих. В члены этого предприятия, каковыми были как владельцы, так и работники, принимали исключительно вдов членов гильдий, сирот и тех членов гильдии, которые обеднели не по своей вине. Так, предприятие могло обеспечить пропитание тем членам семей ремесленников, у которых не было иных доходов. Чтобы предприятие не стало ареной для борьбы гильдий, было определено, что членами может быть только равное число представителей обеих гильдий.

 

Рейтинг@Mail.ru